Судебная фантастика. Кажется, адвокат, колумнист White News Рауль Магомедов открыл новый жанр. Ниже его рассказ о том, как выглядит правосудие на планете Елзям. Как прочитаете, подумайте: никакую другую планету не напоминает? И да, как принято писать в таких случаях: читать до конца.

На планете Елзям, что в системе звезды Целсон, жил представитель расы хэк по имени Рю.

Ничем особенным от других обитателей планеты Рю не отличался: стандартный набор щупалец, рудиментарные жвалы и семь конечностей. Конечностей, конечно же, должно было быть восемь, но одну отгрызли в пьяной драке, в которой Рю, в общем-то, и не участвовал. Но речь не об этом. Конечность отрастет через пару месяцев, вон, зудит уже почти нестерпимо.

У Рю случилась другая беда. Его обвинили в совершении страшного преступления.

Но обо всем по порядку.

В канун наступления 3129 года со дня вылупления Святейшего Хэка Рю гостил у своей невесты, очаровательной Хлю с щупальцами нежного зеленовато-фиолетового оттенка. Они трое суток пили дваку – перебродившую слизь вилорогих грэбов, и к концу третьего дня находились в той стадии опьянения, которую хэки-наркологи в официальных заключениях именуют не иначе как «в говно».

…Очнулся Рю в ужасном состоянии.

Ощущения были двакиспецифические: жвалы ноют, щупальца пересыхают и чешутся, брюхо пучит. В общем, приятного мало.

Но было еще что-то, какое-то неудобство, которое отравленный мозг Рю, разнесенный, как у всех хэков, по всей длине кишечника, никак не мог определить. Наконец, действительность стала медленно проявляться во всей своей неприглядности. Рю обнаружил, что висит над жаровней с холодными, подернутыми пеплом углями. Все семь конечностей связаны в пучок самым неудобным образом, от них к потолку тянется серебристая струна. 

— Признаешься ли ты, – начал какой-то затхлый голос, раздававшийся сразу отовсюду, – в совершении страшного преступления, за которое тебя несомненно расчленят и зажарят?

Рю протрезвел так быстро, что синеватые щупальца на загривке покраснели и чуть не задымились.

— Что? Какого еще преступления?!

— Не далее как вчера ты убил достойного Блю, ударив его чем-то тяжелым по затылку. Вот его труп. Свидетель Хлю и свидетель Дрю показали под пытками, что это сделал ты. Признаешься ли ты? – прогундосил главный обвинитель Гля.

Про Рю [рассказ Рауля Магомедова, судебная фантастика]

«Чего ж тут рассказывать? Блю пришел и ушел. Через неделю пришел Рю. А утром мы узнали, что Блю валяется в кустах у моего дома». Автор иллюстрации Анастасия Зензура 

Рю не в чем было сознаваться. Во-первых, он ничего не помнил, а во-вторых, труп Блю пованивал основательно. Не надо было быть патологохэкатомом, чтобы понять: Блю был мертв не один и не два дня, а уже целую неделю. 

— А что говорят эксперты? – решил попробовать защищаться Рю.

— Эксперты говорят, что Блю умер на прошлой неделе, потому мы и хотим, чтобы ты сознался в том, что ты убил его вчера. Иначе у нас ничего не сходится. 

— Я хочу, чтобы меня судили Тринадцать хэков!

— Проклятье… Может быть, ты изменишь свое решение, сознаешься и мы тебя быстренько выпотрошим?

— Не дождетесь. Тринадцать хэков, и чтобы не из вашего гнезда!

Прошло время…

Рю вот уже второй год висит под потолком и ждет, когда соберутся Тринадцать хэков, чтобы решить его судьбу. 

Главный обвинитель Гля заходил после этого неоднократно и просил одуматься и признаться, но Рю был непреклонен. 

Скучно и тоскливо висеть под потолком… Одна радость – выросла восьмая конечность, и она не связана в пучок с остальными. Можно раскачиваться, а можно почесать, когда чешется.

Рю висел много месяцев. Сначала ему было страшно. Фантазия испуганного хэка способна разыграться не на шутку, поэтому, пока Рю висел над холодными углями, он успел в своем воображении пару сотен раз поджариться до хрустящей корочки, расстаться со всеми конечностями, внутренностями и головой. Учитывая, что голова у хэка представляет собой предмет для обустройства рта, это была бы самая несерьезная утрата, но все-таки Рю очень не хотел, чтобы от его организма отрывали какие бы то ни было составные элементы. И термическую обработку он тоже отвергал с негодованием.

Между тем, по слухам, тринадцать достойнейших хэков уже собрались и образовали Суд Тринадцати.

Про Рю [рассказ Рауля Магомедова, судебная фантастика]

«Рю вот уже второй год висит под потолком и ждёт, когда соберутся Тринадцать хэков, чтобы решить его судьбу». Автор иллюстрации Анастасия Зензура

Пора было подумать и о защите.

С защитой все было неоднозначно. С одной стороны, все понятно: к моменту, когда злосчастный Блю умер, Рю даже знаком с ним не был. Да и после познакомиться как-то не удалось. С другой – коварная Хлю оболгала его. Понятно, что попасть к костоломам из Имперского дома пыток – не сахар, и он сам наверняка через день или два общения с этими молодцами написал бы подробный донос на своего покойного прадедушку и неродившихся внуков, не говоря уже о такой тривиальной задаче, как поставить закорючку под показаниями, которых не читал. Но тем не менее то, что он простил бы себе, Хлю он прощать не собирался и костил ее каждую минуту того времени, что висел в этой мрачной, но уже довольно привычной камере судебной палаты с осклизлыми стенами и протекающим куполом.

Был еще один лжесвидетель, Дрю, но его Рю знал даже меньше покойного. Да и поговаривали, что он не выдержал пыток и стал говорить такое и про таких знатных хэков, что его от греха подальше отправили на какой-то остров, вырвав перед этим речевые жвалы.

— Итак, надо продумать стратегию и тактику защиты! – говорил про себя Рю. – Есть заключение экспертов, уважаемых хэков, слово которых весомо, а есть показания Хлю и Дрю. Кому поверит Суд Тринадцати?..

Дальше все было туманно.

И неудивительно: кормили в судебной палате скудно и редко (о любимой дваке он уже и думать забыл), а голодное брюхо хэка к интеллектуальным экзерсисам не располагает.

После нескольких десятков таких безуспешных попыток он бросил затею думать о деле и сосредоточился на камнях, которыми был выложен купол камеры. Каждому камню он стал давать имена. Камней было не менее трехсот, так что заняться Рю было чем. Когда он дал имя Хлю самому противному и мокрому камню, дверь с грохотом распахнулась и в камеру вошел хэк в странном длинном одеянии с капюшоном, который резким голосом спросил:

— Кто ты есть, подсудимый? Назови себя!

Рю обрадовался возможности поговорить:

— Я Рю, добрый господин! Меня подвесили сюда, хотя я ниче…

— Молчать! Я тебе не добрый господин, я – Великий Арбитр. Сейчас сюда прибудут Тринадцать хэков, которые будут судить тебя. Твое дело – молчать и покорно принять свою судьбу, каковой бы она ни была, ты понял?

— Но я…

— Молчать!

— Молчу…

В этот момент раздался мелодичный звон, такой чужой в этих угрюмых стенах, и в камеру один за другим вошли тринадцать молчаливых хэков в таких же одеяниях, что и Великий Арбитр, но без капюшонов. Все они брезгливо морщились, озирая грязные стены, останавливали взгляд на висящем Рю, вполголоса переговаривались друг с другом.

Тут же незаметно вошел главный обвинитель Гля, который вдруг стал кричать дурным голосом:

— Посмотрите на этого злодея! Он убил благородного…

— Обвинитель Гля! – сварливо прозвучало из угла, где устроился Великий Арбитр, – я дам вам возможность выступить. А пока я начну с вашего позволения, – язвительно добавил он. – Итак, да свершится Суд Тринадцати!

Все тринадцать выдохнули в один голос:

— Да будет так!

— Подсудимый, ты обвиняешься в убийстве благородного Блю. Против тебя свидетельствуют свидетели Дрю и Хлю. Что ты можешь сказать в свое оправдание?

— Я не…

— После! Главный обвинитель Гля! Вам слово!

— О, Тринадцать благородных хэков! Посмотрите на этого грязного, жалкого злодея, убившего своей безродной клешней достойного Блю! Он имеет дерзость отрицать свою вину. Вместо того, чтобы честно и добросовестно удобрять своими бренными останками наши поля, он посмел собрать вас, о, Тринадцать, оторвав от ваших важных дел! Я прошу притащить сюда свидетеля Хлю!

Хлю, впрочем, тащить не пришлось, она зашла в камеру сама, стараясь не смотреть на висящего Рю.

Про Рю [рассказ Рауля Магомедова, судебная фантастика]

«Так под пытками и не такое скажешь…». Автор иллюстрации Анастасия Зензура

— Назови себя, презренная! – вскричал главный обвинитель. 

— Хлю я. Тебе ли не знать, старый греховодник?

— Молчать! Или я велю… 

Но договорить обвинителю не дал Великий Арбитр, прервавший полную гнева тираду:

— Потом поведаете нам о ваших приключениях, а пока, презренная Хлю, мы ждем твоих показаний.

— Чего ж тут рассказывать? Блю пришел и ушел. Через неделю пришел Рю. А утром мы узнали, что Блю валяется в кустах у моего дома. 

— Под пытками ты сообщила, что Рю ударил Блю по затылку камнем, который потом утопил в реке.

— Так под пытками и не такое скажешь…

— А еще, – не унимался обвинитель Гля, – то же самое говорил свидетель Дрю, пока не сошел с ума под пытками! Это ли не доказательства того, что презренный Рю убил достойного Блю? 

— Что скажет Рю? – вопросил Великий Арбитр.

— Не убивал я его. Эксперты говорят, что труп уже неделю пролежал. Нельзя убить хэка сегодня так, чтобы он умер вчера!

— Вот, досточтимые Тринадцать! Смотрите, как выворачивается, как извивается этот злодей, будто под ним уже раздули угли и палач уже поднес остро наточенный тесак к его дрожащим жвалам! И Хлю нельзя верить! Ведь под пытками она все сказала, как мне надо… то есть, как было!

— Хватит! Тринадцать! Ваш вердикт! – грохнул чем-то тяжелым Великий Арбитр из своего угла.

— Невиновен! – опять в один голос выдохнули Тринадцать. 

— Суд Тринадцати вынес свой вердикт! – провозгласил Великий Арбитр и опять чем-то грохнул. – Спускайте его… Обвинитель Гля, с тобой я поговорю позже…

Про Рю [рассказ Рауля Магомедова, судебная фантастика]

«Долго потом Рю пыхтел в куче старых углей, пытаясь подняться на ноги». Автор иллюстрации Анастасия Зензура

Долго потом Рю пыхтел в куче старых углей, пытаясь подняться на ноги. За почти два года висения под куполом он разучился не то что ходить, но даже смотреть на мир так, как смотрят все остальные хэки. 

Спустя несколько часов ему, наконец, удалось кое-как подняться, и он, опираясь на все восемь конечностей, побрел прочь от этого страшного места, проклиная дваку и всех хлю, которых он когда-либо знал, и благодаря Святейшего Хэка за то, что тот надоумил его вовремя крикнуть про Суд Тринадцати. 

Из окна своего кабинета за ним с ненавистью наблюдал разжалованный в младшие обвинители Гля.

WHITENEWS.PRESS

Поделиться: